– Лейтенант Каримова, – доложила она. – Я в полном вашем распоряжении, Стратег.

Стратег не обольщался, что его сразу узнали. Просто его удостоверение по-прежнему было вставлено в считыватель, что давало доступ к закрытым каналам связи, и оператор на Байконуре знал, кто его вызывает.

Срочная связь с дежурным по комплексу. Защищенный канал связи.

Молодое личико исчезло с экрана, и на его месте появилась хорошо знакомая физиономия подполковника Звенигородского, с которым Стратег был достаточно хорошо знаком.

– Стратег? Рад тебя видеть. Защищенный канал связи! Ты решил поохотиться в заповеднике на сайгаков и не хочешь, чтобы об этом прознали?

– Ты себе представить не можешь, какая охота нам предстоит. Я ввожу желтый уровень космической опасности. Прилетаю через двадцать минут. Обеспечь посадку и встречу у входа в Бункер. Вызови Адмирала. Конец связи.

Стратег наблюдал, как игривое настроение покидало подполковника, и мысленно представил, какая там началась суета.

– Посадишь свою колымагу прямо на постамент перед Бункером, – сказал сержанту Стратег.

Бункером все называли расположенный глубоко под землей Центр космической связи. У входа в него уже давно стоял пустующий постамент, вокруг которого велись жаркие дебаты, какой памятник на него водрузить. Посадить корабль на постамент мечтали все военные пилоты.

– Это же запретная зона! Нас собьют без предупреждения, а за посадку на постамент меня сошлют…

– Я им так собью, что мало не покажется. А за посадку я возьму тебя к себе личным пилотом. Пойдешь?

Лицо сержанта просияло. Ему явно надоело развозить всяких депутатов и денежных мешков, опаздывающих на очередное совещание или просто в постель к очередной любовнице. Стратег, зная местных бюрократов, ввел свои приказы относительно сержанта в компьютер и поставил электронную подпись, чтобы у парня и впрямь не возникло неприятностей.